Урок памяти с таким названием прошел на обновленном старшем абонементе для ребят из 6а и 6в класса СОШ №8.
Говорить о ленинградской блокаде трудно. Даже употребляя самые высокопарные выражения и прилагательные превосходной степени, ощущаешь недостаток слов и их ёмкости. До ленинградской блокады мир не знал, что такое есть действительно трагедия и подвиг. Трагедия и подвиг не одиночек, а всего народа. Наша блокада — явление того масштаба, которое нельзя ни с чем сравнить.
В ленинградской блокаде не было умерших. В блокаду только погибали. В окопах, замерших квартирах и на улицах. Враг убивал город бомбежкой и артобстрелами, голодом и холодом. Причём основная ставка делалась именно на последние факторы. Но вопреки всей логике войны ленинградцы не дали врагу ни секунды почувствовать себя победителями.
Юным читателям двадцать первого века были представлены те книги, которые позволяют бережно прикоснуться к правде Блокады.
В документальной повести Ильи Миксона «Жила, Была» рассказывается о большой семье Савичевых, которые жили на 2-й линии Васильевского острова в доме №13. Здесь оживают странички скорбного дневника Тани Савичевой, которая в блокаду в своей записной книжке сделала 9 страшных записей о гибели её семьи в Ленинграде. Эта маленькая записная книжка была предъявлена на Нюрнбергском процессе, в качестве документа, обвиняющего фашизм. Детская рука, теряющая силы от голода, писала неровно, скупо. Хрупкая душа, поражённая невыносимыми страданиями, была уже не способна на живые эмоции. Таня просто фиксировала реальные факты своего бытия — трагические «визиты смерти» в родной дом. В книге помещены рисунки художника Александра Траугота, сделанные им в 1942 -1943 годах в блокадном Ленинграде в возрасте 11 — 12 лет. Также присутствуют фотографии родных Тани и страниц ее известного на весь мир дневника. К слову сказать, именно сегодня, 22 — го января, в Доме Книги проходит встреча с Елизаветой Савичевой — двоюродной внучкой Тани Савичевой.
Также подросткам была представлена самая «мощная», по словам одного из наших читателей, новая книга о блокаде. «В те дни. Ленинградская блокада в рисунках А. Ф. Пахомова», — альбом литографий. Здесь мы видим портреты, рисунки с натуры, но Пахомов фиксирует не ужасы блокады, а быт людей, человечность, надежду, маленькие подвиги. Художник не покидал Ленинград ни на день. Сопроводительные тексты и статью написала дочь художника, искусствовед Василиса Пахомова-Герес.
На нашем необычном уроке мы читали стихи Ольги Берггольц, Елены Вечтомовой, Юрия Воронова.
Главные книги Елены Вечтомовой были написаны в Ленинграде. После начала Великой Отечественной войны Елена Андреевна категорически отказалась от эвакуации, и вместе с сыном осталась в блокадном Ленинграде. Все 900 дней блокады писательница работала в осажденном городе. В 1942 году было написано пронзительное стихотворение «Дети».
Все это называется – блокада.
И детский плач в разломанном гнезде…
Детей не надо в городе, не надо,
Ведь родина согреет их везде.
Детей не надо в городе военном,
Боец не должен сберегать паек,
Нести домой. Не смеет неизменно
Его преследовать ребячий голосок.
И в свисте пуль, и в завыванье бомбы
Нельзя нам слышать детских ножек бег.
Бомбоубежищ катакомбы
Не детям бы запоминать навек.
Они вернутся в дом. Их страх не нужен.
Мы защитим, мы сбережем их дом.
Мать будет матерью. И муж вернется мужем.
И дети будут здесь. Но не сейчас. Потом.
Елена Андреевна читала стихи на радио, в госпиталях, на кораблях, Доме писателей, печаталась в журналах. Была ранена и снова вернулась в строй. После ранения писала очерки и стихи для газет Волховского фронта. Была награждена медалями «За оборону Ленинграда» и «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.»
В конце блокадного урока памяти мы зажгли свечи в честь Ленинградского дня Победы.Н.В.Терентьева