«Чудо живописи»

В читальном зале  КИЦ им. А.С. Пушкина состоялась арт-беседа о творчестве русского художника Архипа Куинджи.

Слава пришла к Архипу Куинджи не сразу: Айвазовский не брал его в ученики, Академия художеств не принимала даже в вольнослушатели. Однако он стал одним из самых известных художников эпохи, его полотна покупали коллекционеры и члены императорской семьи, а на выставках выстраивались очереди.

В судьбе Архипа Ивановича Куинджи множество легенд – происхождение,  детство, образование. Загадки преследовали его от рождения до самой смерти.   Казалось, что свой уникальный живописный дар он получил от Бога. Воспользовавшись им, он преодолел традиции и выработал свою систему творчества. За короткий срок  ему удалось завоевать уважение художников и своих учеников, которое он испытывал до конца своих дней. Достигнув огромной популярности, Куинджи почему-то замолчал на целых 30 лет. Он был глубокий философ и гуманист, затворник и общественный деятель, бунтарь и хитрый дипломат, любимец молодёжи и ненавистник чиновников, наивный человек и осторожный политик.

Загадки биографии художника начинаются уже с даты его рождения: 1841? 1842? 1843?  Глубокую тайну хранит детство Куинджи. При жизни Архип Иванович не любил рассказывать о себе, не любил воспоминаний. Уже после его смерти Общество художников им. Куинджи направило двух своих членов  на его родину для сбора информации о нём. Документального материала оказалось немного, но все сведения были ценны своей подлинностью.

Архип Иванович Куинджи родился  27 января 1842 года в семье грека-сапожника Ивана Христфоровича, в предместье Карасёвка Мариупольского  уезда. Фамилия Куинджи означает «золотых дел мастер». Через три года после рождения неожиданно умер отец, а вскоре и мать. Осиротевшие дети жили    попеременно то у дяди, то у тёти по отцовской линии. Подросшему Архипу надо было получить образование, и родственники отдали его в городскую школу. Но к десятилетнему возрасту курс школьного образования мальчика был закончен. Во-первых, потому, что учился он очень плохо, во-вторых, жил в большой бедности. По воспоминаниям друзей, он уже тогда увлекался живописью и рисовал на любом подходящем материале — на стенах, заборах и  найденных клочках бумаги. Малолетнего Архипа отправили на работу — пасти гусей. Потом определили к строительному подрядчику, где ему было поручено вести учёт кирпича, затем служил у хлеботорговца. Именно последний однажды заметил рисунки Архипа и посоветовал ему поехать в Крым к знаменитому живописцу Ивану Константиновичу Айвазовскому, снабдив мальчика рекомендательным письмом. Летом 1855 года Куинджи направился пешком в Феодосию и попытался поступить в ученики к художнику, однако ему было поручено лишь толочь краски и красить забор. После двух месяцев проживания в Феодосии Архип вернулся в Мариуполь, где стал работать ретушёром у местного фотографа.  Живописную премудрость Куинджи осваивал самостоятельно, тяжело и упорно. Иван Крамской как-то   много позже, рассматривая пейзаж Куинджи, заметил: «Кажется, ему трудненько писать…  Ему нужно долго раскачиваться, пока кисть не пойдет на полотно».

Где-то примерно после 1866 года Куинджи прибыл в Петербург  и  с третьей попытки  поступил на учёбу в Академию художеств.  Он стал осваивать пейзаж, реалистическое изображение  природы.  «Ладожское озеро» стало    первой картиной этого жанра.    Она привлекала к себе внимание, помимо изящного, лёгкого и тонко написанного пейзажа, красивым эффектом каменистого дна,  который  просвечивал сквозь прозрачную воду.  Художник остался очень доволен  своей работой.  На первой же выставке  картина была продана, но через год Архип Иванович выкупил её у владельца, настолько он был влюблён в неё. Это полотно находилось  в мастерской художника до самой его смерти.

Увлечение идеями передвижников привело Куинджи к созданию картины «Осенняя распутица», за которую он получил звание классного художника.  Архип Иванович неоднократно бывал на острове Валаам, любимом месте петербургских пейзажистов. Результатом его поездок стал замечательный пейзаж «На острове Валааме». Картина выделялась реалистической передачей   природы, использованием романтических элементов — тревожной светотени,  грозового неба, таинственного мерцания сумрака. Художник изобразил суровую  северную природу острова с его гранитными берегами, омываемыми протоками, с темными густыми лесами, упавшими деревьями.

«Забытая деревня», «Чумацкий тракт в Мариуполе» — это картины о народной жизни, показанные через восприятие природы. В них преобладает социальная идея, стремление выразить свои чувства понимания и сострадания, поэтому они были написаны в тёмных мрачных цветах. Все эти работы имели большой успех. О Куинджи и его произведениях заговорили и критики, и коллеги художники, и он, поверив в свои силы, перестал посещать занятия в Академии.  Отсутствие образования часто ставилось в вину живописцу. Но, может быть, именно это обстоятельство позволило Куинджи сохранить до конца дней самобытность и оригинальность, непосредственность ощущения красоты природы. Оставив Академию, художник словно начал новую страницу своей творческой жизни: отныне он писал пейзажи, в которых создавал идеальные образы, полные гармонии и красоты: «Степь», «Степь. Нива», «Закат солнца в лесу», «Вечер»…

В 1876 году Куинджи показал на очередной выставке картину, буквально ошеломившую всех —  «Украинская ночь». На фоне ночного безмолвия дремали освещенные лунным светом белые украинские хаты, два пирамидальных тополя и тихая медленная река. Мир, полный неги, красоты и покоя.

SONY DSC

На передвижную выставку 1879 года художник должен был представить три картины. Выставку не открывали, так как Куинджи не успевал к сроку. Художники нервничали, но магическое воздействие имени Куинджи на зрителей было так велико, что открытие состоялось на неделю позже намеченного срока. Наконец, Куинджи представил на суд зрителей три больших полотна: «Север», «После дождя» и «Березовая  роща». Самым большим успехом на выставке пользовалась «Березовая роща». Рядом с ней все остальные картины казались тусклыми и темными, настолько ярок и насыщен был солнечный свет. Газеты заполнились хвалебными статьями. В одном из журналов появилась карикатура, на которой Куинджи изображался в момент работы над «Березовой рощей»: в одной руке у него были кисти, а в другой — электрическая лампочка вместо палитры, солнце растирало краски, а месяц выдавливал их из тюбиков.

Куинджи работал над новой картиной. По Петербургу разнеслись слухи о феерической красоте «Лунной ночи на Днепре», которая стала самой известной работой Куинджи и, может быть, самым громким явлением в русской художественной жизни конца ХIХ века. С утра и до позднего вечера от Невского проспекта к зданию Общества поощрения художников тянулись бесконечные толпы людей. Там демонстрировалась новая чудо-картина Куинджи. «Лунная ночь на Днепре» висела на стене одна. Куинджи велел задрапировать окна в зале и осветить картину лучом электрического света. Посетители входили в полутемный зал и, завороженные, останавливались перед холодным сиянием лунного света, который был так силен, что некоторые зрители пытались заглянуть за картину в поисках лампочки.

Критика признала за художником безоговорочную победу. Творчеством художника восторгались Тургенев и Достоевский. Федор Михайлович называл полотна Куинджи «застывшей молитвой».

Архип Иванович написал пейзажи «Лунная ночь на Дону», «Радуга», «Восход солнца»…  Но ни одно из этих произведений не пользовалось такой популярностью, которая выпала на долю предыдущих. Художник встал перед нелегкой проблемой — продолжать бесчисленные повторения уже найденной схемы или искать новые пути. И он  предпочел закрыть двери мастерской почти на тридцать лет. Но Куинджи ни дня не проводил, не взявшись за карандаш или кисть, он много работал, но никого не пускал в мастерскую и никому не показывал свои картины. Зрители их смогли увидеть лишь после смерти художника.

Спустя много лет Куинджи решил показать свои новые работы избранным зрителям. Среди них были художники, друзья, журналисты. В 1901 году он  выставил в мастерской четыре картины: «Вечер на Украине», «Христос в Гефсиманском саду», «Днепр» и новый вариант «Березовой рощи». Первые зрители стояли у холстов пораженные. Такая реакция была для Куинджи самой желанной. На художника лавиной обрушились новые хвалебные статьи, критики рассыпались в комплиментах, об увиденном рассказывали, как о чуде. Живописец позже рассказывал: «Пережил такое, чего не хочу переживать до смерти. Как будто на кресте распят был».

После перенесённого воспаления лёгких у Куинджи начала развиваться тяжелая сердечная болезнь.  24 июля 1910 года Архип Куинджи скончался.  Похоронен  художник на Смоленском православном кладбище. На могиле установлен бронзовый бюст Куинджи и надгробие — гранитный портал с мозаичным панно, изображающим мифическое Древо жизни, на ветвях которого вьёт гнездо змея. Края панно обрамлены резьбой в стиле древних викингов. В 1952 году прах и надгробие были перенесены на Тихвинское кладбище Александро-Невской лавры.

Архип Иванович Куинджи был истинным самородком. Он писал замечательные полотна и с трудом буквы. Он всю свою жизнь служил искусству. Он начал как художник, переполненный состраданием к жизни простого народа, а закончил воспеванием красоты природы, сулящей человеку счастье.

Елена Павлютина